Главная > Новости Братска > Прямая речь

«Вопреки тому, что за окном»

11.11.2013

«Вопреки тому, что за окном»

Более 35 лет она является преподавателем объединенной детской школы искусств № 3. Руководитель художественного отделения школы. Член Союза художников России и Международной ассоциации изобразительных искусств АИАП ЮНЕСКО. Награждена нагрудным знаком почета «За достижения в культуре».

Закончила живописно-педагогическое отделение Иркутского художественного училища.

В Братске Любовь Иннокентьевна известна практически каждому поклоннику искусства. Ее работы демонстрируются на городских, региональных, зональных, Всероссийских и международных выставках. Десятки ее учеников стали лауреатами самых известных конкурсов, закончили или обучаются в наиболее престижных высших и средних учебных заведениях страны, стали профессиональными художниками, дизайнерами и архитекторами.

В Братске персональные выставки Любови Иннокентьевны Пономаревой всегда становятся событием в культурной жизни города.

«Художники уходят в подполье»

- Любовь Иннокентьевна, Братск – город культурный?

- Хотелось бы, конечно, надеяться на это. Но в общем-то, как показывает жизнь, это далеко не так. Есть люди, которые стараются культуру привить. Есть такие подвижники, как директор ОДШИ №3 Левон Патваканович Азизян. Он привлекает сюда людей из столиц, всевозможных мастеров. ТО есть он пытается привить братчанам вкус к хорошей музыке. А вот что касается художественной жизни, то же делают в меру своих сил сотрудники городского выставочного зала и картины сюда привозят. НО почему-то народ не желает ходить ни на выставки, никуда. Причем не просто «дикий» народ, а даже учащиеся ОДШИ №3. Ребята не хотят. Не знаю, или сказывается их загруженность учебой, или чем еще настолько заняты. Я не понимаю, что происходит сейчас с детьми. Они – будущие художники. По крайней мере, считают, что их дальнейшая жизнь будет связана с живописью, они будут рисовать. Но искусством других художников не интересуются и смотреть не хотят. Если показывают восковые фигуры, они пойдут, купят дорогие билеты. Будут смотреть – на монстров, бабочек или еще на что-то. А картины – нет. Я этого не могу понять.

Что касается культуры вообще, то ее почему-то власти связывают со спортом. Культура и спорт были определенное время под одним ведомством, деля его с молодежной политикой. Сейчас культуру и спорт разделили, но тем не менее, спортсменам в этом плане как-то повезло. Их материально поддерживают. Находят средства отправлять на соревнования. Художники практически не пользуются такими денежными средствами. Мы в общем-то не претендуем. Потому что очень редко бывают какие-то выставки. Даже когда в Иркутске запрашивают администрацию Братска, что для выставки нужны братские художники, просим организовать поездку. Такие разовые предложения могут поступать раз в год. Мы в лучшем случае пользуемся тем, что для поездки выделят машину. Но чтобы отпускались средства на приобретение картин… Поэтому художник, чувствуя такое невнимание к себе, просто уходит в «подполье» или вообще уезжает в другой город. В других городах художники проводят выставки, продают свои работы. И такое ощущение создается, что художественная жизнь у нас в Братске вообще отсутствует и что художников нет. Это очень прискорбно, конечно.

От рассвета до заката: жизнь в оккупации

- А на самом деле есть эта жизнь?

- В последнее время приходишь на открытие какой-то выставки. Раньше это действительно было место встречи, все собирались для общения. Сейчас художники появляются мало, редко. И какие-то замученные, замордованные… не знаю. Какой-то упадок наблюдаешь. В основном, где ни спросишь, все жалуются на нехватку средств, что ничего не покупают. Нытье начинается. Говорят, что в Иркутске, мол, другое. Да, там другое. Но и здесь что-то надо делать. У нас нет организации.

- Что имеется в виду – нет отделения Союза художников?

- Отделение – это там, в Иркутске. Здесь же работающая «ячейка» должна быть. Нужен человек, который всем сообщает последние новости и т. д. То есть организатор. Его у нас нет, хотя и считается таковым Анатолий Петрович Иванов. Но ему в силу возраста тяжело этим заниматься.

- Рассказывая об этом, вы, очевидно, вольно или невольно сравниваете день сегодняшний с тем, что было прежде?

- Тогда в силу своей молодости, а было это в конце 70-х, я не была связана с жизнью художников. Я только что приехала в Братск после учебы. Тяжело было начинать в школе. А в то время в Братске было много молодых людей, творческих людей, закончивших учебу в Москве и Ленинграде. В Братске был сильный костяк. Художественная жизнь кипела. Выставки в Братске, участвовали во Всероссийских и Всесоюзных выставках. Потом все начали потихоньку разъезжаться… Начались ровные года. Были и выставки, и определенные успехи. Потом – затишье. За ним – подъем. После 2000-го, все эти 13 лет, такая морока пошла… Можете поинтересоваться у руководителя городского выставочного зала Веры Даниловны Козловой. Она просто в панике. Не знает, что выставлять. И поэтому сейчас выставочный зал оккупировали в основном самодеятельные художники – бабушки, которые вышивают, или просто случайные люди.

- Может, это и есть та самая современная культура Братска?

- Возможно, это так. Культура есть именно на самодеятельном уровне. Может быть, подхлестывает еще обилие китайских картинок, которые можно купить без ущерба для кошелька, но зато «картина» большая, с красивой рамой. Это даже не репродукции, а фото. Выглядят они дешево, и цена соответствующая. Поэтому картины художника, написанные красками, маслом, никому не нужны. И сало в городе имеется, где предлагаются картины далеко не высшего качества.

- То есть салон все-таки есть?

- Да, он имеется. Работает на любительских опять же началах. Потому что там отсутствует отбор, выставляется на продажу то, что принесут.

«Слава Богу, аптеки у нас еще есть»

- Но когда-то салон был в прежние годы?

- Был. Он работал в здании пристроя к магазину «Детский мир» на ул. Советской. Там было очень мило, была очень уютная обстановка. Не помню, как назывался. Кажется, «Палитра». Было это в 90-х годах. Там работали три женщины, очень активные, почти каждые выходные устраивались вечера в честь какого-нибудь событии, например, открытия чьей-нибудь персональной выставки. Вход – по пригласительным. На вечерах выступали барды, поэты, писатели – словом, интересные творческие люди. И разговоры там велись всегда интересные. Но однажды кому-то потребовалось это помещение. Салон изгнали. Теперь одна из тех женщин работает в школьном музее, где продолжает делать нечто подобное, но уже без привлечения интересных людей. Так постепенно все уничтожается.

- Как, вы считаете, это происходит? К примеру, сидит некий дядя и дает команды: художников не пущать туда, запретить им вход сюда. Или как?

- Нет. Но если есть помещение и на него претендуют люди от торговли, которым здесь понадобилось сделать склад или киоск, то выгоднее городу продать это помещение и получать грОши за аренду. Такова у нас атмосфера, где нужны только магазины, рынки, банки – и все! Да, слава Богу, аптеки у нас еще есть.

- Чтобы нам полечиться и опять пойти по магазинам?

- Тем не менее желающих учиться в нашей школе (полагаю, не только на художественном отделении, но и на музыкальном) очень много.

Из школы – в академию

- Кто родители этих учеников и почему детей приводят к вам в ОДШИ№3?

- Родители самые разные, часто ничего общего. Я не скажу, что это мода или какое-то поветрие. Видимо, есть необходимость в том, чтобы ребенок понимал красоту, ценил ее, мог в этой жизни применять. Люди все равно начали это понимать. Цены за оплату обучения растут с каждым годом, а люди к нам все равно идут. Мы не может всех набирать, стены «трещат по швам». Поэтому мы даже открыли в филиале на ул. Кирова, где прежде занимались только музыканты, класс для младших школьников – детей, живущих в той округе. В районе этом есть организации для обучения юных художников. Но родители предпочитают нашу школу. Видимо, потому что у нас академическая направленность обучения, ведутся именно те предметы, которые преподают во всех профильных учреждениях, училищах, институтах и академиях.

- Словом, несмотря на то, что в городе художественная жизнь как бы не существует, число маленьких художников только растет?

- Еще интересная тенденция. Дети не просто учатся. Много наших выпускников поступают после окончания нашей школы в учреждения ступеней выше. Сейчас очень много разных непонятных колледжей и прочих, неизвестно за какие заслуги имеющих этот статус, академий. Но наши выпускники успешно учатся в сильных и престижных учреждениях. В этом году, например, 11 выпускников продолжили учебу. Причем поступают не где-нибудь, а в Петербурге. Один ребенок «умудрился» поступить в Художественную академию имени Репина! Не только Питер. Москва, Красноярск, Омск, Новосибирск, Иркутск – вот еще в каких городах учатся наши дети. Они рвутся в крупные центры, но возвращаться в Братск после учебы не желают. Конечно, кто-то в силу разных личных обстоятельств остается в Братске. Мы их берем к себе. И сейчас из преподавательского состава школы только новеньких – трое наших выпускников. Еще двое у нас относительно недавно.

«Усидчивость, настырность и… здоровое самолюбие»

- Очевидно, родители видят своих детей специалистами где-нибудь в рекламе?

- Да, все хотят стать дизайнерами. Потому что профессия эта востребована. Хотя у нас основы дизайна не даются. Мы даем просто академическую грамоту. Но если ее освоить, то работе на компьютере, то есть собственно дизайну, обучиться проще уже на специализированных факультетах. Еще у детей (родителей) в чести архитектура. И – моделирование. Модельерами одежды мечтают стать многие девчонки. Есть и художники-педагоги, несмотря на такой вот наш пример (работа неденежная, требует много труда), выпускники поступают на педагогические художественные специальности.

- Для работы в общеобразовательных школах?

- В общеобразовательных школах отношение к нашему предмету не отличается теплотой. Другое дело – специализированные классы, как в ОДШИ, куда дети приходят именно для этого. Сюда приходят избранные. Тот, кто попадает сюда случайно, рано или поздно отсеивается. Мы видим, что это не его. Здесь требуется усидчивость, настырность и… здоровое самолюбие. Отсев идет. Если считать с первого класса и до выпуска, отсеивается где-то половина. Бывает меньше. Есть примеры, когда почти весь класс остается. Все зависит от набора. Бывают, подбираются все без исключения способные и талантливые. Или случается, что в классе один-два трудоспособные, остальные к учебе относятся легкомысленно.

- А каков процент талантливых детей среди выпускников?

- Таких немного. Те, кто поступают на учебу дальше – они и есть. Таланту нужны постоянные усилия. У нас есть занимающиеся с желанием и любовью, иные держатся (но потом все равно уходят) из-за подталкивания родителей.

«Живопись – как воздухом дышать»

- Можно так сказать, что с годами, за 35 лет вашей преподавательской работы, количество талантливых детей не убывает?

- Варьируется – то меньше, то больше, год от года от набора зависит, а в целом талантов много. Я бы не сказала, что в этом плане мы вырождаемся. Это не так. Просто сейчас дети другие. Компьютеризация, она, конечно, детей изменила. Где-то в лучшую сторону, где-то в худшую. Они стали другие, но хорошие и талантливые остаются. Способные, с которыми приятно заниматься.

- Много ли выставок учащихся проводится в городе, чтобы все увидели таланты?

- Городских выставок – одна, это «Жемчужина Братска», проходит один раз в два года. Тогда, когда нет «Жемчужины», проводится выставка «Мастерство». И как ни странно, на всех этих выставках лучшими являются одна и та же когорта детей. Они «тащат» школу – получают дипломы, занимают призовые места и делают работы, которые мы можем показывать, потому что даже учебную работу можно сделать как творческую. Когорта – то есть те дети, которые начинают выставляться с первого года занятий, и так из года в год. А ведь есть такие, что ни разу за всю учебу не сделают выставочную работу.

- Назовите детей из вашего класса из той самой «когорты лучших»

- Это Капитонова Вика, Дёмина Валерия, Колесова Екатерина, Широкова Анастасия, Седухина Полина, Созинова Наталья, Степанчева Анастасия, Дубинин Иван, Чекашкина Валерия, Подымахина Софья, Беляева Екатерина, Гайфиева Наталья, Бакштановский Александр, Швалова Татьяна, Фарков Константин и другие. Замечательная девочка – Милослава Дымша. Она в этом году закончила школу и сразу поступила в училище в Уфе. Месяц не проучилась, уже представила студенческую работу и получила за нее премию. Живопись для нее – как воздухом дышать.

Капитонова Вика после школы поступила в академию художеств. Есть такое правило – в академию после школы, такой, как наша, не принимают, а если принимают, то только после «своих» из Москвы и Питера. А тут – из какого-то сибирского непонятного медвежьего угла приехал ребенок и поступил сразу после школы. Когда она закончила учебу, уехала в Петербург, там и живет. Все мои «жемчужины» - это не просто лауреаты, получили награду заслуженно, не просто каким-то случайным образом. Талантливые дети продолжают рождаться, хотя кажется, что после атмосферных «выхлопов» в Братске такого быть не может. Но вот как-то же сильна порода наша. «Принюхались», адаптировались к таким условиям, и все равно же вот растут таланты.

«Большое творчество – не для Братска»

- Вернемся в 70-е и 80-е годы. Напомните тех художников, о которых в Братске сейчас почти все забыли, но работами своими прославились.

- Подробная летопись работы художников Братска сотсавлена Верой Даниловной Козловой – начиная от Сластенко, приехавшего вместе с гидростроителями и писавшего суровую природу и места, затопленные затем водами водохранилища. Работал в Братске Талащук, который сейчас является ректором Санкт-Петербургской государственной художественно-промышленной академии. Замечательный художник – Шандро. Настоящий джентльмен. Порядочный человек – к нему это слово прямо приклеить хочется. Мамилов – разносторонний имел дар, он одно время был председателем местного «кружка» художников, много для общества сделал.

- Можно ли определить какую-то общую черту, которая отличает художников Братска, несмотря на разность в стилях и творческой манере?

- Стремление к выживаемости. Они такие – негнущиеся. Пока он жив, он делает, работает. Все они упертые, мне кажется. Сегодняшние художники, на мой взгляд, они пофигисты. Им все равно. Не хотят они выставляться. Красят что-то на продажу. Продал – деньги прожил, опять что-то покрасил и т. д. Мелочевка какая-то. Большого творчества нет. Возможно, оно есть, но делается не для Братска, а у кого-то отношение к городу – презрительное.

- А может, все мимо вас проходит, кипит жизнь художников в Братске, а вы не знаете?

- Я практически сразу узнаю, где какая выставка проводится. Если бы «кипела», я бы давно была в курсе. Скорее всего, это все потухло, что очень грустно. Есть надежда, что после ремонта выставочного зала народ появится. Когда его только открыли, какое было воодушевление. Художники с горящими глазами обещали сделать каждый по персональной выставке. Потом почему-то…

- Но ведь известно, что персональная выставка – это большой труд?

- Конечно, такие выставки обычно ретроспективные и являются результатом работы за определенный период.

- Значит, нечего показывать?

- Про это я и говорю. Показывать-то нечего. Некоторые художники сообщают, что почти готовы к выставке. Как подходит срок, отказываются, находят причины. Есть работы – выставочные. Есть – для продажи. Это разные вещи, как черное и белое. То, что в салонах для продажи вывешивается, это называется – салонная живопись. Она, я бы не сказала, что низкохудожественная, она – мелкотемная. Хотя, может быть, потому что художники сейчас стали как бы не очень требовательными к себе, и соответственно темы мелкие пошли. Пейзажик, натюрмортик – ну и все. Тематическую картину, где действительно надо попотеть, творческую работу, где есть определенный сюжет, есть определенный замысел, имеется идея, где ты что-то хочешь сказать зрителю, - этим же никто сейчас не занимается. Во всяком случае, у нас. В Иркутске этим еще занимаются, а у нас – нет. Может быть, кто-то придерживается принципа, что если нечего сказать, то лучше не пиши.

«Ужасно люблю писать домовых»

- Какая тематика преобладает у художников в Братске?

- Пейзажи, натюрморты. Мне всегда говорят, почему я не пишу пейзажи, они же продаются очень хорошо. Пейзажи для меня – это просто такая подпитка. Я этюды пишу, не пейзажи. Выходишь на природу. Хочется тебе – написал, на этом все. Мне не надо в мастерской это дорабатывать. Мне это не интересно. В большом формате я сделаю какую-то сюжетную работу, где есть что-то. Я пишу натюрморты, но они реалистические. Очень люблю и обожаю подсолнухи, полевые цветы разные, маки – хотя маки стали сейчас запрещенными цветами. А какая красота!. А сюжетные работы – там всегда присутствуют персонажи, люди. И не просто люди. Это и портреты, и где-то вымысел. Я ужасно люблю писать, как ни странно, домовых. Мне говорят, что у меня много мистики. Не знаю, много или совсем немного. Есть любимые работы. Есть такие, которые сначала нравятся, а потом поворачиваешь к стене, чтобы с глаз долой. Я очень много работ продала. Мне сейчас так их жалко! Но с другой стороны, зачем их собирать и превращать мастерскую в склад. Мне нравится, когда покупает музей, выставочный зал, я знаю, что они там не пропадут и будут время от времени демонстрироваться. А когда они попадают к каким-нибудь отдельным галерейщикам… Поэтому я не люблю продавать частным лицам свои работы. Конечно, приходится иногда. Какие-то натюрмортики – без сожаления продаю. А когда ты ее выстрадал, что-то в нее вложил и с ней связаны определенные переживания, мысли, период времени – и вот она куда-то исчезла, потом опять к ней возвращаешься. А повторять я не могу и не люблю. Одна женщина уже несколько лет просит повторить тему (работу эту купил музей). Там сидит небольшой мужичок-лесовичок, окруженный корзинами, полными ягод и грибов. Но я сделать копию не могу, руки не поднимаются. Все уже, перегорело, не возвращаюсь.

- Это все персонажи сказок?

- Я бы так не сказала. Работа не смотрится как иллюстрация к сказке. Там вполне реальный человек, с обычным лицом, но по сравнению с корзинами он просто маленький. Если бы корзин не было, можно подумать, что там самый обыкновенный человек. Или, например, бабка сидит. Одинокая, среди салфеточек у самовара. Одинокая бабулька, а сзади под стулом пристроился домовенок. И только кошка этого домовенка видит.

- В ваших работах всегда есть полуфантастика?

- Зависит от того, что хотелось выразить. Вот, например, автобус, набитый людьми, как обычно в такой толпе, все терпеть друг друга не могут. Все злые. И среди них стоит ангел, он нереальный, сквозь него люди проглядывают. И все его в упор не воспринимают, каждый собой занят, а он присутствует сам по себе. Или такой сюжет. Старик. Тоже одинокий. Сидит, ноги держит в тазу с водой и на саксофоне играет. Старух люблю писать, не знаю почему. Старуха на фоне яблони, плоды созрели. Руки иссохшие на фоне яблок. Последние плоды, то есть вот ее последняя осень. И дальше можно фантазировать. Работа как-то должна воздействовать на зрителя. Чтобы он не просто посмотрел и дальше пошел. Он должен остановиться, подумать о чем-то хоть немножко.

«Природа в Братске не вдохновляет»

- Словом, ваши работы создаются вопреки…

- Тому, что за окнами, вдали от нашего сиюминутного бытия. Возможно, это действительно способ абстрагироваться. Мне как-то проще в самой себе сидеть.

- Не вдохновляет Братск – природа, люди?

- Природа меня уже давно не вдохновляет. Когда есть что-то не гладкое, «замыленное», как наше море, где не за что зацепиться глазом, вот там я еще могу что-то писать. Но вот эти выходы на наш «берег чудный» - что там делать можно, вообще не знаешь. Когда подъезжаешь к Братску, видишь, что с деревьями творится, когда березы в мае уже желтеют, - не может вдохновлять такая природа. В Аршане – да. Там есть места, где можно порадоваться. Там горы и снег, ущелья, там горные реки и каменистые равнины с причудливыми деревьями, мостики, какие-то домики. Там в этом году я от души поработала.

А. Гвоздев, специально для «НашегоБратска»

Фото картин и кукол любезно предоставлены автором – Любовью Иннокентьевной Пономаревой



«Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном» «Вопреки тому, что за окном»

Возврат к списку


Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений
 

 
 

depdnevnik.jpg



       
ДОБАВИТЬ

  • Народные новости
  • Новости