Главная > Новости Братска > Прямая речь

«Я - Часовой Большой медведицы»

09.12.2013

«Я - Часовой Большой медведицы»

Майор юстиции в отставке братчанин Сергей Бузинин никогда не мечтал стать писателем. Свои лучшие годы Сергей Владимирович Бузинин посвятил карьере в МВД. Судьба уже однажды поставило его перед выбором между жизнью и смертью. Десять лет спустя – новое испытание. В котором выигрывает он и его книги. За два последних года в крупных московских издательствах вышли три его книги, которые высоко оценили и полюбили тысячи читателей. Начинающий писатель продолжает работать над новыми произведениями.

Романы Сергея Бузинина бесплатно доступны в интеренте. Прочесть его книги и поучаствовать в обсуждении их можно на сайте "В ВИХРЕ ВРЕМЕН": http://mahrov.4bb.ru/. А вот его страничка на "Самиздате": http://samlib.ru/b/buzinin_s_w/. Псевдоним на «Самиздате» - Часовой Большой медведицы.

«У меня никогда не было привычки унывать»

- Сергей, расскажите, как вы стали писателем.

- Без лишней скромности скажу, что я считаю себя писателем. У меня есть свои читатели, изданные книги. У меня есть талант, потому что я пишу лучше, чем многие. Не скажу, что лучше всех, но очень неплохо. И у меня хватает наглости сказать об этом прямо: да, я хороший писатель. Но я никогда не стал бы писателем, потому что всю жизнь строил карьеру. По незнанию я пришел работать следователем. Когда служил срочную в армию, незадолго до дембеля мне позвонил отец. Жили мы тогда на Сахалине, отец был прокурором в одном из районов. Он сказал, что есть вакансия младшего следователя в отделе, и предложил туда пойти. Я ответил положительно, потому что всю жизнь был среди Ментов и знал, что это люди хорошие. Единственное, не знал, что такое следствие и что там действительно пахать надо. Если бы знал, то, наверное, туда бы не пошел. Но демобилизовался и начал работать следователем. Сначала проклял эту работу, потом полюбил именно той настоящей любовью, где любовь до обожания пополам с жутчайшей ненавистью. А полюбив работу, стал действительно настоящим – хорошим следователем. До 2000-го работал и жил на Сахалине, потом вслед за родителями перевелся сюда в Братск. Служил. В 2001-м поехал в командировку в Чечню, где во время боя потерял ногу. Но решил, что на покой мне рано, уговорил комиссию. И стал единственным следователем в России, который лишился ноги и остался работать. И не просто работать. Я уверенно шел наверх по служебной лестнице, и то, что у меня нет ноги, хожу на протезе, никто из посторонних заметить не смог. Старался доказать людям, что я и с таким недостатком справлюсь лучше иных здоровых. Из рук замминистра МВД России я получил в 2003-м нагрудный знак «Лучший следователь» (за 10 лет в Братске такой награды удостоились только шесть или семь человек). В прошлом году УВД Братска издало альманах, где как раз рассказано об этих людях, и обо мне в том числе. Так я стал старшим следователем, дослужившись до майора. Но из-за внезапно открывшейся тяжелой болезни был вынужден покинуть работу. На пенсию ушел в 2011-м, как раз незадолго до нового назначения на должность замначальника следственного отдела. Мне было 37 лет, а ведь я был конкретно настроен дослужиться как минимум до полковника. С другой стороны, за 19 лет пройти службу от младшего сержанта до майора, и совсем близко было звание подполковника – это хорошо. Карьера рухнула в одночасье. Радует, что не по моей вине и не по чьей-либо, а… тут ничего не поделаешь. Но «неприятность эту мы переживем», будем надеяться, современная наука какое-нибудь средство против этой болезни придумает.

- Неприятность эту мы переживем – это ваш девиз?

- У меня никогда не было привычки унывать. Когда мне ногу оторвало во время боя, автомат выронил, пытаюсь его поднять, а опереться не могу. Тяжесть брони тянет, на спину падаю, глянул на ногу – веник лохматый, а не нога, ну, думаю, довоевался. Единственная и полуироничная мысль: все равно, если до госпиталя дотащат, подлечат, на протез поставят и буду ходить. Не переживал совсем. Щиколотку разнесло в щепки. Было это 20 августа 2001-г в городе Аргун. В том бою было трое погибших и 37 раненых. Это была первая моя командировка в Чечню, до этого еще посылали в Таджикистан в 1998-м, но там для меня все закончилось благополучно. А здесь, в Аргуне, наступил момент, когда казалось, что все мы, раненые, не дождемся поддержки и погибнем. Но транспорт из Грозного прибыл и нас вывезли в госпиталь.

«Всегда интересно посмотреть, а что было бы, если бы…»

- А как вы начали писать?

- Началось все с публикаций на форуме «В вихре времен», где и продолжаю работать. Подтолкнул же к написанию первого рассказа мой друг Андрей Рябков, известный в этом форуме под ником Генерал Ли. Сначала он познакомил меня с книгами Конторовича, а потом мы уже вместе стали читать форум «ВВВ», общались в чате с народом по различным темам. И однажды Андрей спросил меня, почему я туда не пишу. Я задумался: а про что? У тебя, говорит, столько всего в жизни было, напиши хотя бы про тот случай с газопроводом в Чечне. Я подумал, и за полтора часа буквально на коленке настрочил рассказ «Террорист» - случай из службы в Чечне, выложил его на форум. Народу понравилось. Написал второй рассказ – «Наша служба и опасна и трудна» - про работу следствия. Форумчанам понравилось еще больше.

- Эти рассказы основаны на реальных случаях?

- Кроме правды, там одна правда. Потом был третий рассказ «О Шапочке бедной замолвите слово» - любимый рассказ следователей города Братска. Все это было пробой пера и написано в течение трех или двух недель. Кстати, рассказы писать, на мой взгляд, труднее, чем романы. Потому что в небольшой объем надо вписать полноценное произведение. Это трудно, поэтому я уважаю мастеров короткой формы. Но рассказов у меня всего три. Дальше я написал «Люди и флаги» - это новелла, то есть меньше повести, но гораздо больше рассказа, в жанре альтернативной истории на тему войны Севера и Юга в Соединенных штатах. Кстати, очень популярная вещь, судя по отзывам. Здесь 98 процентов персонажей – сугубо исторические личности, а в реальный случай, в один из эпизодов войны, вписаны фантастические допущения. В полном соответствии с жанром альтернативной истории из-за вмешательства героя, попавшего туда из нашего времени, получились соответственно другие результаты.

- Если смотреть сначала вашу биографию писателя, сначала появились рассказы сугубо из жизни. Потом появилась история, которая основана на фактах, но в ней примешаны допущения. С какой целью это было сделано?

- Всегда интересно посмотреть, а что было бы, если бы…

- Только из-за этого? Почему вы пришли к написанию подобных произведений, с допущениями? Это потребность души или это влияние друзей, знакомых, общения в форуме?

- Я пишу только те книги, которые сам хотел бы прочитать, но их нет. Например, «Последняя песнь Акелы». Кстати, в появлении ее «виноват» тоже Андрей Рябков. После «Людей и флагов» я написал «Часового Большой медведицы». Это фантастическая (в жанре фентези) вещь, но в ней фантастика только антураж. Все остальное там – случаи из жизни, книга о людях. Что меня радует, 90 процентов отзывов о «Часовом» содержат примерно те же слова – «Это самая добрая книга, которую я читал».

- Это уже большая форма и чистая фантастика? Хотя в тех же отзывах говорится, что тут никакой фантастики, все взято из нашей действительности.

- Кто-то из мэтров писательского дела как-то давно сказал: «Чем фантастичнее книга, тем реалистичнее она должна выглядеть». Соответственно, этому я и следую.

- Тогда напрашивается такой вопрос. Человек служил почти 20 лет следователем. Эта профессия оставила большой-большой след в детективной литературе. И вот сотрудник МВД в отставке, следователь, у которого получилось начало в литературном труде, логично должен стать писателем-детективщиком. Но он ударяется в альтернативную историю. Что ему там понадобилось?

- Саму по себе историю и историческую науку я с детства люблю. Читать я научился в пять лет и уже с семи лет я читаю книги по истории – как художественные, так и документальные. Мое первое детское чтение – не только приключенческие, но и изданные специально для детей документально-исторические «Книга будущих командиров», «Книга будущих адмиралов». История – мое увлечение с дошкольных времен. У каждого человека есть свое понятие о справедливости. И задумываешься, почему какой-то момент истории получился так, хотя было бы хорошо по-другому. Например, я не раз слышал, что реальная история Русско-японской войны сложилась так, как будто ее писал злостный рояльный альтернативщик с японской стороны. Все, что могло пойти во вред России, шло во вред России, а любая случайность – на пользу Японии. И действительно, в этой войне шло все так, как будто она описана с допущениями (роялями) против России. И когда читаешь эту историю, думаешь: взять бы, да и подисправить этот или другой момент. Та же война Севера и Юга в США, о которой написаны «Люди и флаги». Я считаю, что было бы для многих лучше, если бы выиграл Юг или образовалось бы две самостоятельных конфедерации.

«Пишу не для кого-то, а потому что это мне самому интересно»

- Захотелось справедливости?

- Захотелось, чтобы хотя бы в выдуманном мире, но все получилось бы так, как мне кажется справедливым. Со следующей книгой «Последняя песнь Акелы» посложнее. Как раз когда я обдумывал название «Часового», мой друг Андрей Рябков сказал, что хорошо бы в названии была песнь кого-нибудь о ком-нибудь. Песнь Акелы. И тут мне приходит на ум «Последняя песнь Акелы», я обдумываю, какую бы ситуацию можно подвести под название. Я очень люблю стрелковое оружие, причем оружие периода с начала до середины 20-го века – револьверы, автоматические пистолеты, винтовки, пулеметы и т. д. Я очень хорошо отношусь к пистолетам и пулеметам, но лично, на мой взгляд, человечеству хватило бы, чтобы остановились на пулемете «максим» и еще паре-тройке видов «стрелковки», и это бы хватило. Это увлечение и еще ряд мыслей подвели к такому моменту истории. Вспомнилось о первой войне 20-го века, Второй англо-бурской войне.

- Вас не смутило, что в современной России об этой войне практически никто не знает?

- А мне и издатель твердил, что это неформат. Все, кто хоть что-то знает, читал «Капитана Сорви-Голова» Луи Буссенара. И вообще, продолжает издатель, этот момент неинтересен. Были другие аргументы. Но я писал не для кого-то, а потому что это мне самому интересно. Когда начал выкладывать на форуме главу за главой, увидел, что и читателям это тоже интересно. А если это интересно определенному кругу людей, то любителей будет еще больше. Я оказался прав. Судите сами. Вышла первая часть «Акелы» (цикл выпускает издательство «Яуза») под названием «Генерал Сорви-Голова». Книга абсолютно неизвестного автора, без какой-либо рекламы, но была распродана всего за два месяца, а это 5 тыс. экземпляров. С учетом того, что сейчас коллапс в книгопечатании, издательства не знают, как выживать, успех моей первой книги очевиден. Затем появилась вторая книга «Акелы». Третья часть лежит в издательстве и готовится к выходу. «Часовой» выпущен крупнейшим российским издательством «Эксмо», результат тот же самый – меньше чем за два месяца тираж разошелся полностью. Сейчас я дописываю продолжение «Часового».

«Меня в Братске знает три человека»

- Сколько времени прошло с начала вашей писательской карьеры?

- Первый рассказ был написан в феврале 2011-го. В апреле я начал «Часового». В июне того же 2011-го я его закончил. Той же осенью я начал «Акелу», первая часть которого издана на бумаге в ноябре 2012. В январе 2013-го вышел «Часовой». В марте 2013-го – вторая часть «Акелы».

- Словом, глядя на вас, кто-нибудь пишущий, скажет: ага, у этого товарища получилось, и у меня тоже получится стать писателем. Легко ли в наше время стать писателем, да еще чтобы книги захотели опубликовать, да чтобы выходили в крупнейших издательствах?

- «Да я черт его знает, товарищ майор». Лично для меня сделать это было нетрудно. «Своей руки» в Москве, сидя в Сибири, у меня никого. Сейчас, пообщавшись с издателями, я хорошо с этими людьми знаком. А когда начинал – никого. Многому способствовал форум «В вихре времен», где публикуется немало известных писателей. Если коротко, наибольшая часть участников этого форума – сторонники имперского мышления. Попал я в форум, прочитав сначала одну книгу – плод совместного творчества этого интернет-сообщества. Заинтересовался, и теперь там работаю вместе с другими.

- Вы оказались на этом форуме и там сказали: давайте этого парня напечатаем?

- Нет, было не так. Я там публиковал «Часового». Реакция была восторженная, потому что книга, скажу без всякого стеснения, получилась очень хорошая. Отклики получал от совершенно разных людей, и они сказали, что это вещь, достоянная издания. Я послал текст в несколько издательств. Времени прошло много, хотя многие утверждают, что я быстро добился успеха. Но для меня успех – это если не общероссийская, то примерно такая известность. Меня в Братске знает три человека. Правда, по России гораздо больше. А еще и зарегистрированные на форуме русскоязычные читатели из Новой Зеландии, ЮАР и Германии. Как следователя меня в Братске знает очень много людей. Но как писателя – весьма ограниченное число братчан.

«Если что-то делаешь, то делай на совесть»

- А что такое «формат» и «неформат»?

- Например, «Часовой» был написан и отдан в рукописи как параллельный мир. Издательство ознакомилось и сказало, что книга классная, но для того, чтобы мы ее издали, она должна стать форматом, для этого сделайте главного героя, живущем в России, «попаданцем» из нашего мира в тот мир. Пришлось изменить, причем я сделал так, что получилось как бы не лучше, чем было задумано прежде. С «Акелой» была та же самая история. Изначально две книги были написаны как чисто альтернативная история – без «попаданцев», без фантастики. Описывалась ситуация, когда в один из ключевых моментов истории что-то в ней немного изменилось, и она пошла не прямо, а чуть повернула в другую сторону. Но издательство захотело формата. И я ввел в роман «попаданца». Хотя все остальное осталось без изменений.

- Редакторы работают с писателем? Или как он прислал, в таком виде и вышло? Попросили изменить, их устроило и так напечатали?

- Я присылаю черновик, они говорят, что их устраивает или не устраивает, потом доработанный текст скидываешь, и дальше в таком виде издают. Причем корректоры фигово работают, У меня жена две или три ошибки нашла в книге, хотя я сам вычитал текст несколько раз, и еще человек пять или шесть параллельно вычитывали, каждый нашел ошибки.

- В общем, судя по вашему рассказу, писать – нетрудно?

- Просто писать – легко. Графоманов-то немерянное количество. В отличие от более половины тех, кто издает или пишет, я – писатель, причем хороший писатель. Мне очень понравился отзыв одного читателя: «Читаешь, как идет обоз, и ощущаешь, как скрипит пыль на твоих зубах». Там нет ни одного одинакового героя, даже среди персонажей второго – третьего плана. Там все живое. Пишешь же так, как разговариваешь. Я вот люблю разговаривать с самоиронией, у меня и книги написаны так.

- То есть вы четко себя позиционируете: я – не графоман?

- Я до какого-то определенного момента считал, что я такой же, как и все. То, что я не графоман, я понял, когда «Люди и флаги» писал. В меня с детства вбивали, что если что-то делаешь, то это надо делать на совесть. Также мне родители вбили в голову простую истину: то, что ты знаешь, что работа сделана хорошо, это еще ничего не значит. Вот когда она со стороны будет подтверждена, что сделана хорошо, тогда возможно она такова. Я знаю, что даже каждый графоман пытается писать качественно, так, как он считает необходимым. Мои тексты редактирует профессионал с литературным образованием. Он мне говорит, что я интуитивно дошел до тех вещей, которым учат в Литературном институте.

«А я вообще отличный парень»

- Любовь к оружию откуда у вас возникла?

- Тоже из увлечения историей. Я считаю, что одно из главных достижений человечества – это оружие. Кинжал, например. Или пулемет «максим». Очень красивые вещи.

- Много ли оружия, которое описывается в ваших книгах, вам доводилось видеть или даже в руках подержать?

- Не только видеть, но стрелять из него. Но старое, времен Гражданской войны в США – только в витринах музеев. Моя жена, если куда-то выезжает, обязательно фотографирует музейные стеллажи с оружием. Потому что мне это нравится.

- И эта любовь явно прослеживается, это очевидно.

- Да, и в книги это естественно передается. Не только у меня. В этом деле самый неравнодушный современный писатель – Круз. Пишет он боевики и фантастику в стиле «хоррор». Русский, живет в США, у него своя оружейная лавка. Примерно половина каждой его книги посвящена разному оружию. Я не такой фанат, я просто люблю оружие, и эта страсть не лечится.

- Вы читаете только русскоязычных фантастов?

- Уже лет пятнадцать не брал в руки книг зарубежных авторов. В первую очередь из-за корявых переводов. Все время хочется переделать исковерканный переводчиком текст. Хотя недавно сделал исключение, взялся за «Игру престолов» Дж Мартина. Его читаю, да, неплохо написано, но я бы сделал лучше литературную обработку. Так же и с другими переводными книгами, не только фантастики. Если люди, которые пишут так, как они говорят. Есть те, кто переводят так же, как говорят.

- Но ко всем талантам писателю все-таки нужна усидчивость, чтобы написать большую книгу?

- Скорее, надо просто иметь силу воли, иной раз взять себя за шкирку и посадить за работу. Я, например, за последнюю неделю не написал ни строчки. Книгу уже почти подходит к концу, все продумано, черновые наработки есть, но… Зачастую бывает, что я просто не хочу делать. Надо просто сесть и написать первую строчку, дальше оно покатится само в любом случае. Даже если я не хочу, напишу первую строчку и не встану, пока не дойду до определенного момента, морально который можно признать, что на сегодня я потрудился нормально. С другой стороны, могу себе позволить неделю нифига не делать. Потому что знаю, что в понедельник сяду и напишу, что должен. И во вторник тоже напишу. Бывает, утром встанешь с мыслью поработать. Но передумаешь и идешь на кухню плов, например, варить. Просто я еще очень хорошо готовлю. Об этом, кстати, среди братчан известно лучше, чем о моих книгах.

- Видимо, Сергей Бузинин – действительно человек очень многих достоинств.

- А я вообще отличный парень. Как я иногда о себе говорю: мне нечего стесняться, зато много есть чем гордиться. Мне жена говорит, что я от скромности не умру. Я отвечаю, зачем умирать от скромности, когда есть столько достоинств. Это нужное качество. Причем это не наглость, которая второе счастье, а уверенность в своих силах.

- И где-то в этой уверенности – источник ваших книг?

- Желание сделать некоторые исторические моменты такими, какими я их хотел бы видеть. Помимо истории, я любитель авантюрно-приключенческого романа. В этом жанре начиналась «Акела». Издательство уверяло меня, что авантюру сейчас никто не читает, всем нужны «попаданцы». Это не так. Авантюру читают испокон веков. Тот же Киплинг.

«Кто вы, доктор Зорге?»

- Акела – это, кажется, из Киплинга, из книги про Маугли?

- Да, но мой Акела – прозвище подполковника Российского генштаба, но прозвали его так именно по аналогии с киплинговским Акелой в те времена, когда роман о Маугли еще не был переведен на русский язык, и читали его тогда на языке оригинала, под названием «Братья по крови».

- Это тоже литературное хулиганство?

- Литературное хулиганство имеет источник из моего хулиганистого характера. Я, как следователь, обязан быть человеком упорядоченным, у которого все разложено по полочкам. Ни капли анархизма. Шаг влево, шаг вправо считается побегом… Но это же не мой характер. Мне же надо что-нибудь обязательно отчебучить. Поэтому в каждом тексте такого целая куча. Люди не нашего времени произносят фразы из нашего времени, но встроены они в контекст так, подобраны фразы такие, какие мог бы сказать человек того времени. К примеру, в Акеле один герой говорит: «Мы мирные люди» - а другой продолжает: «Но наш бронепоезд стоит на запасном пути». Он мог это сказать. Кто говорит, что это фраза из песни 20-го года? Это хулиганство – чисто из любви к озорству или иронии.

- И никакого подтекста там искать не надо?

- Подтекста никакого нет. Просто я люблю посмеяться. Тот же Акела, когда разговаривает с Арсениным, говорит: «Знаете, когда я был в Японии, меня один местный чин пытал: «Кто вы, доктор Зорге, да кто вы, доктор Зорге?». Это литературное хулиганство, но в любом случае, кто сказал, что такого не могло быть? Наш разведчик мог быть в Японии под личиной немецкого доктора Зорге, и с ним разговаривал японский чиновник и называл его по имени. Или есть эпизод, где реально существовавший Мишка Япончик разговаривает с вымышленным Беней Криком. Так же как Дата Туташхиа, литературный герой, стал одним из персонажей. Еще мой герой Арсенин – тот уже собирательный образ. Много цитат из книг, фильмов, из собственного опыта. Однажды я предложил друзьям отрывок, чтобы они нашли в нем пять приколов. Нашли гораздо больше. В «Акеле» также присутствует Троцкий. Нужно понимать, что Троцкий задумывался изначально как комический персонаж. Когда я взялся переделывать книгу под формат, то есть роман с «попаданцем», Троцкий оказался единственным героем, подходящим на роль «пападанца», а книга при этом подвергалась минимальной переделке. Но мой «попаданец», в отличие от подобных книг, на действие почти не влияет. Обычно такой герой обладает обширными знаниями, все умеет и своим волевым решением меняет историю. У меня он не меняет историю. Он обыкновенный парень с кучей рефлексов, никому не нужный в нашем времени, который оказался в прошлом, попал в хорошую компанию и пытается найти себя. В первую очередь себя сделать. А в остальном – он обыкновенный свидетель событий, и ничего не меняет. Точнее, меняет, но случайно и не желая того. Замечу, много приколов, но тем не менее в «Акеле» процентов 70 персонажей – это все же исторические личности, о которых мало кому что известно, кроме специалистов, и то далеко не всех. Я, чтобы максимально достоверно показать исторические личности, пересматриваю множество источников. Не только из энциклопедий. Читаю дневники и мемуары, исследования разные. Вплоть до просмотра художественных фильмов. Иногда, чтобы написать одну строчку, приходится перечитать сто или двести страниц источников. Зато за незнание чего-то, несоответствие реалиям истории или технические ошибки (за так называемые «заклепки») почти никто мне не высказывает. Прежде чем писать что-то околоисторическое, я помню сказанное Валентином Пикулем, которого я очень люблю: «Я не пишу исторических романов в чистом виде. Я пишу приключенческие романы на фоне истории». И я всегда пытаюсь об этом фрагменте истории узнать как можно больше.

«Аффтар, пеши исчё»

- Мне, как читателю, понравился «Акела». И неважно, что Англо-бурская война сейчас всеми забыта. Интересно. Да так, что оторваться невозможно. Будет ли продолжение «Акелы»?

- Вскоре в бумаге (в электронном виде она уже есть) выйдет третий «Акела». И только после этого я сяду за четвертую книгу, на которой вся история должна завершиться. Но «Акелу» не нужно воспринимать как сериал. Все это – одна книга, которая из-за большого объема разбита на части. Одна книга с множеством сюжетных линий, и они в конце все сведутся в одну. Реально обещаю, век воли не видать… В четвертой части будет понятно, из-за чего все начиналось.

- Мы живем в Братске. Наш город как-то влияет на то, что написано в ваших книгах? Где-нибудь присутствует Братск? В ваших книгах чего только мы не найдем, но о Братске – практически нет ничего?

- Будете читать «Часового», увидите. Или не увидите. Напрямую там ничего не названо. Но там есть и Братская ГЭС, и наши предприятия, и еще много разного о Братске, хотя он и не назван. Но те братчане, которые книгу прочитали, сразу поняли, что это именно Братск. И этим братчанам всем нравится, просят одного: «Проду давай», то есть продолжение пиши. «Аффтар, пиши исчё».

- Когда началось массовое издание книг «про попаданцев», я смотрел на это как на шизофрению в своем роде. Я, как традиционный читатель, восклицаю: ради чего пишете, господа? Ради развлечения? Или там есть непонятый мной глубинный смысл? Нафига? Вот кто-то что-то сделал и в результате такая-то битва выиграна совсем не теми, кем она выиграна на самом деле. Зачем это читать?

- Ради развлечения читают тоже. Как и ради философии. Меня иногда спрашивают: «Для чего ты пишешь книги?». Отвечаю так: «Я хочу напомнить людям о том, что они – люди». Люди у нас в своей основной массе – очень хорошие. Просто за бытовыми проблемами они забыли, что они хорошие. Они забыли о том, что хороших людей много. В 2011-м мне надо было съездить в Новосибирск на консультацию к одному из лучших врачей. Мое самочувствие было крайне плохое. Для меня было громадной проблемой дойти от квартиры до машины, которая стоит вплотную к подъезду, жил я на первом этаже, а крыльцо было в две ступеньки. Я поехал в Новосибирск в таком состоянии. И со мной всю поездку возились совершенно посторонние мне люди. По-хорошему помогал, от души, ничего не требуя в замен. Работая следователем, я видел невыносимо много грязи. Но параллельно с той же грязью я видел хорошее. Я еще вижу то, что люди забыли, что они хорошие. И я ставлю для себя сверхзадачу – напомнить людям. Вы же добрые. Вы сами себе запрещаете об этом думать. Но вы-то добрые. Я могу быть злым. Но это все наносное, как и у 99 процентов окружающих нас. Да, нас замучила жизнь своими проблемами. Это было, есть и будет. Это все пройдет. Люди, помните о том, что вы люди. Вот поэтому, когда читают «Часового», пишут в отзывах, что это добрая сказка. Тот же и «Акела». Меня ругают, что «попаданец» там человек никакой и чмо. Он не чмо. Он просто ищет. Он находит силы остаться человеком, понять, что он за человек и расти как человек. И наблюдает то, что происходит вокруг. У меня многое есть над чем подумать. Я не пишу чистую развлекаловку. Да, я люблю посмеяться. Да, я делюсь хорошим настроением. Я готов высказать шутку на каждом шагу. Мне это интересно. У меня вообще подход к жизни ироничный, потому что если что-то происходит в жизни плохое, я не буду плакать. Хочу посмеяться. И если я смеюсь в жизни, почему я не могу посмеяться в книге? Но не пишу чисто ха-ха для ха-ха, а чтобы было легче читать. Мне стало смешно и я решил поделиться улыбкой с читателем. Пускай ему тоже станет хорошо.

- Наверное, вы для своих шуток всегда держите под рукой блокнотик, записываете, потом оттуда уже переносите их в книгу?

- Нет, все это абсолютная импровизация. Есть у нас с друзьями игра, откуда та или другая цитата, и читателю я эту игру предлагаю. Иногда просто хочется что-нибудь отчебучить. Жизнь когда интересна? Когда тебе жить интересно. Кто-нибудь в моих обстоятельствах мог бы лечь и тупо жалеть себя или упасть на дно стакана. Я тоже выпью, но только качественный алкоголь, только с хорошими людьми и только под нормальную закуску. Я не буду пить сивуху в подъезде из горла.

«Как же можно жить в Братске и не написать про золото Колчака?»

- 2014-й – год Лошади. Что можно ждать от вас в следующем году?

- Быть в седле. На следующий год у меня намечается два проекта. Первый – закончить четвертую часть «Акелы» и наконец-то расстаться с этим миром. Он, конечно, многим нравится, но я от него немножко устал, хоть и отдыхаю от него последние полгода. И еще один проект, название уже есть – «Морской охотник». Это будет почти альтернативная история, точнее, криптоистория. Коли «Яуза» упорно держится за «попаданцев», будет и он, но, как обычно, у меня он будет нестандартным. Возьму один из моментов Великой Отечественной войны, скорее всего 1942-й год, оборона Севастополя. Вживлю в него «попаданца» и покажу, что исторический момент, каким мы его знаем, стал таким только благодаря тому, что он туда попал. То есть не будет обычного сюжета, «попаданец» попадает, вмешивается, все исправляет и все, кто на его стороне, сразу начинают побеждать. Мой же герой сделает момент истории таким, как он известен по учебникам.

- А что-нибудь про Сибирь можно ожидать?

- Есть давняя задумка на такую тему. Про золото Колчака. Как же можно жить в Братске и не написать про золото Колчака? Представляется, что события будут развиваться параллельно в наше время и в 1918-м году, чтобы в конце он пересеклись. Известно, что золотой состав Колчака дошел до Тайшета и после него потерял 19 вагонов. Вывод: искать надо где-то в районе Тайшета. А может быть, еще до него эти вагоны исчезли. В издательстве сказали, что сейчас идет целая серия романов про Колчака, «попаданец» там шибко героический, тема идет на ура, так что издатели мне посоветовали воздержаться. В популярном сериале Звягинцева, например, затрагивается эта тема.

- Значит, будем надеяться, что Сергей Бузинин в ближайшее время наконец-то возьмется за Сибирь и, может быть, опишет наши места…

- Это, наверное, еще через год. Наши места уже описаны, читайте «Часового Большой медведицы».

- Хотелось бы побольше и почаще.

- Как говорит издатель, русскому читателю интересна российская история, причем конкретный период Великой Отечественной войны, где можно что-то менять, где все приходят наши и всех побеждают. По моему мнению, победа тогда ценна, когда ты побеждаешь сильного врага, еще лучше – когда враг ощутимо сильнее тебя. Как показала реальность, русскому читателю интересна и Англо-бурская война. Может быть, потому, что это я ее так написал, что она интересна? В самом начале работы над книгой удалось прослушать песню тех времен, где отражено отношение к войне со стороны буров. Эта песня была запрещена в ЮАР как националистическая, то есть ведущая к возрождению национального сознания. Это то, чего России не хватает. И в «Акеле» и та забытая война, и Россия – все связано.

«Лучше быть последним солдатом империи, чем генералом банановой республики»

- Сергей, вы себя не ощущаете ни сибирским писателем, ни братским, вы человек сам по себе?

- Я большую часть жизни прожил на Дальнем Востоке. Последние 12 лет – в Братске. Для меня все то, что по нашу сторону Урала, больше любимо, чем Европейская часть России. Словом, я немосквич. В этом плане – сибиряк. Позиционирую себя как сибиряка и дальневосточника – бородатого мужлана с литром водки под мышкой и обрезом. Утрирую, конечно.

- Как вы считаете, почему так много сейчас интереса к истории, альтернативной истории, к пресловутым «попаданцам»?

- Из недовольства тем, что мы имеем в данный момент. Только и всего. Мы представляем, что если мы послали «попаданца», значит, в дальнейшем история изменится к лучшему и мы, дожив с того момента до сегодняшнего времени, не будем иметь того, что имеем сейчас. И Англо-бурская война ведет в «Акеле» к изменениям в российской истории. Там в конце концов у России появится возможность получить Босфор и Дарданеллы и сбудется извечная российская мечта. «Попаданцы» и альтернативная история – это все общее недовольство днем сегодняшним.

- Среди тех, кто пишет?

- А среди читателей – тем более. Во-первых, основная масса «попаданцев» - это супергерои. Людям очень интересно читать сказки, где наши побивают всех ненаших, при этом даже не вспотеют. Это действительно тенденция. И именно такие книги, говорит издатель, где наши побеждают всех ненаших, охотно покупают. Мы же выходцы из СССР, и мы помним, что наша страна была супердержавой, которой боялись все. А сейчас мы видим, что к нам начинают прислушиваться, причем не все видят это. Но всем-то хочется, чтобы мы были: А – более крутыми, Б – еще крутее тех, когда мы были крутыми. И вот по этому желанию пришел супергерой. Вот он, Вася Пупкин, он попал из будущего, он все помнит, все знает, все умеет, он научит генералов, как сделать тут, подскажет Сталину, как сделать там, он покажет Гитлеру большую-большую козу, и война закончится в 1942-м. После этого мы быстренько разовьемся до супердержавы и в 1950-м полетим в космос. И мы получим во-о-от такие бонусы.

- Каков возраст вашего читателя?

- В среднем, наверное, ему лет 28, 29, 30. Очень много читателей среди офисного планктона. Такому читателю хочется яркого драйва: герой пошел и всех победил. Много действий, много кровищи, минимум философии. Юношество мало читает или совсем не читает. Оно играет в компьютер, смотрит видео, в редких случаях дерется… В общем, поколения два – три мы потеряли.

- Кого потеряли? Читателей? Интеллектуалов? Что имеется в виду?

- Вообще. В общем и целом. Мой брат младше меня на 13 лет. Ему абсолютно неинтересно то, что интересно мне. Практически не болит душа за страну. В этом смысле потеряли. Поэтому я и пришел в форум, где общаются люди с имперскими амбициями. Я всегда считал, что лучше быть последним солдатом Империи, чем генералом банановой республики.

Артем Гвоздев

ФОТО в зале: Ирина Кириллова, пресс-центр УВД г. Братска. Сайт «Имена Братска», 



«Я - Часовой Большой медведицы» «Я - Часовой Большой медведицы» «Я - Часовой Большой медведицы»

Возврат к списку


Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений
 

 
 

depdnevnik.jpg



       
ДОБАВИТЬ

  • Народные новости
  • Новости